Есть такое высказывание: «Семья – это маленькая церковь». А что есть отцовство в этой семейной духовной системе? Это долг? Это призвание? Или труд? В настоящее время очень часто наши взрослые страдания, проблемы тревожности, страхи, трудности в коммуникациях, заниженная самооценка в себе и неуверенность связаны с качеством отцовского присутствия в детстве. В данных ситуациях надо понимать, что речь идёт не столько о драматических разовых событиях, сколько о систематическом опыте отцовского присутствия. Был ли рядом отец, способный стойко выдерживать семейные трудности? Был ли тот отец, который мог оставаться в контакте с родными после конфликтов? Был ли тот мужчина рядом, который умел не обесценивать саму суть семейного единства? Надо знать, что отцовство – это не титул. Отцовство – это процесс, который можно и нужно развивать, даже если собственный опыт был ограниченным.
В рамках теории привязанности Джона Боулби подчёркивается огромное значение присутствия рядом с ребёнком психологически устойчивого родителя, к которому можно обращаться в ситуациях тревоги и неопределённости. И эта возможность позволяет формировать у ребёнка адаптивность его психики. Ясные границы, коалиция родителей и отсутствие вовлечения ребёнка в супружеские конфликты являются важными условиями для благополучного развития детской психики. При воспитании детей мы должны придавать огромное значение той отцовской фигуре, которая в жизни ребёнка формируется не декларативно, а через повседневное присутствие – через предсказуемость реакций, через характер взаимодействия с матерью. Отец должен быть образцом выдержки в моменты эмоциональных нагрузок.
Важным аспектом отцовства является психоэмоциональная устойчивость мужчины. Традиционное принятие отца как защитника и добытчика отражает важную психологическую реальность – каждому ребёнку необходим взрослый мужчина, способный брать на себя ответственность за семью и обеспечивать чувство базовой безопасности каждому члену семьи. Истинная психологическая сила отца проявляется не в жёсткости, а в способности и умении регулировать собственные эмоциональные реакции. Понятие силы отцовства должно быть созвучно христианскому пониманию силы – внутренняя твёрдость, соединённая с духовным смирением. И ребёнку крайне важно видеть именно такую силу – спокойную, а не унижающую, надёжную, а не давящую. По наблюдениям Джорджио Нардонэ, зрелость человека проявляется в гибкости коммуникаций и в способности чувствовать. Ведь все наши поступки, слова, мысли всегда находятся во власти эмоций. И отец, способный регулировать собственные реакции, способный оставаться включённым в контакт в различных жизненных ситуациях, формирует у ребёнка представление о конструктивном способе эмоционального проживания трудностей.
В повседневной практике отцовство должно поддерживаться регулярностью контакта – совместным временем без отвлечений, предсказуемостью поведения, ясными границами, готовностью к диалогу, а также умением восстанавливать контакт после конфликтов, умением признавать собственные ошибки. Тогда отец становится для ребёнка образцом истинной зрелости и первичной моделью взрослости – не всегда идеальной, но функциональной и жизнеспособной. Эмоциональная доступность отца играет большое значение для формирования у ребёнка стабильного образа мужчины-мужа-отца. Наши культурные ожидания часто связывают мужскую роль со сдержанностью и эмоциональной дистанцией. Однако современные данные психологии показывают, что дети эмоционально вовлечённых отцов демонстрируют более высокий уровень эмпатии, лучшую регуляцию аффектов и более устойчивые социальные навыки. Ребёнок должен чувствовать любовь к себе лично и всеобщую любовь в семейной системе в доступной для него форме – через внимание, поддержку, прикосновение, слова признания. В христианской традиции именно это и называется любовью – верность в присутствии и жертвенность, единение душ и добродетель.
Тема чувствования друг друга и тема проявления любви в семье подробно освящается и в прикладной модели Гари Чепмена. Отсутствие отцовского участия – физическое или эмоциональное – нередко вызывает трудности формирования границ, повышенную тревожность, состояния дезадаптации и неустойчивость самооценки взрослеющего ребёнка. Дефицит структурирующей функции отцовской фигуры проявляется либо в преждевременной «псевдозрелости», либо в трудностях с автономией. Супружеские конфликты, в которые вовлекается ребёнок, усиливают риск развития у него психологического дисбаланса и эмоциональной дезорганизации. Проживание ребёнка в деструктивных коалициях нарушают целостность его внутреннего мира, формируют повышенную тревожность и трагичную амбивалентность.
Сальвадор Минухин, основатель структурной семейной терапии, рассматривал семью как систему, где устойчивость ребёнка во многом определяется качеством взаимоотношений в супружеской подсистеме. Эта позиция разделяется и Сью Джонсон, в работах которой показывается, что надёжная эмоциональная связь между партнёрами является основой для создания чувства психологической безопасности как в настоящей семье, так и в будущих семьях выросших детей. Ребёнок, наблюдая взаимодействие родителей, «впитывает» внутренние представления о близости, о доверии, о способах разрешения конфликтов. И тогда формируется не теория, а внутреннее чувство нормы – уважение, выдержка, ответственность. Ребёнок учится тому, что близость – это не борьба за власть, а встреча двух людей, способных слышать и беречь друг друга. Для мальчика отец становится образом мужского достоинства. Для девочки – мерой того, как с ней могут обращаться и что считать нормой в отношениях. Отношения родителей становятся первой школой любви для ребёнка, становятся органичной частью его внутренней коммуникативной модели.
Современный социокультурный контекст усложняет реализацию отцовской роли. Эмансипация женщин, трансформация гендерных ролей в различных её проявлениях, ускорение темпа жизни и снижение устойчивости брачных отношений привели к размыванию традиционных ориентиров. Мужчины нередко оказываются в ситуации ролевой безысходности из-за того, что от них сохраняется ожидание ответственности, а социальные модели мужского участия в семье в современном мире становятся крайне неопределёнными. Это усиливает у мужчины чувство вины, тревоги и внутренней уязвимости. И эти эмоции, оставаясь неосознанными, приводят к «защитному» дистанцированию или избыточной жёсткости.
Но нужно сказать, что сегодня в нашем обществе многие мужчины стремятся быть вовлечёнными отцами. Однако в условиях недостатка позитивных моделей, в условиях утраченной духовности и отсутствия веры мужчинам приходиться действовать с определёнными ошибками и сложностями. А вот осознание этих трудностей через принятие позволяет избавиться от разрушительного чувства вины и трагичности, и перейти от самобичевания к ответственности и решительности в действиях.
Отцовство – это, в большей степени, духовная функция, чем социальная роль. В сохранении этой функции заключена не только семейная, но и культурная перспектива будущего. Перспектива развития здорового общества. Перспектива стабильности нашей страны. Поэтому в настоящее время возникает острая необходимость возвращения к духовности и ценности отцовского присутствия. Это не означает отказа от достижений современности в плане партнёрского равноправия. Речь идёт не о реставрации форм, а о сохранении функций – функций ответственности, устойчивости, уважения и способности к длительным отношениям. С психотерапевтической точки зрения отец помогает ребёнку обрести границы, ответственность и внутренний стержень, а с духовной – он становится живым отражением того, что защита может быть мягкой, а авторитет – добрым.
Разные направления в психологии – теория привязанности Боулби, семейно-системный подход Минухина, исследования эмоциональной связи Джонсон, представления об эмоциональной устойчивости у Нардонэ и прикладные модели выражения любви Чепмена – сходятся в признании значимости эмоционально включённого отца в формировании устойчивости и долговременности здоровых партнёрско-семейных отношений. Отцовство в этом контексте – ключевая психологическая функция, обеспечивающая адаптивность личности и преемственность семейной системы. Отцовство – это служение. Служение тихое, ежедневное, незаметное. Отцовство – это сила, в которой есть тепло. Тепло любви, взаимоуважения и веры.
Но надо помнить, что сила без чувствования – холодна и неэффективна, а эмоциональность без силы – неустойчива и дисфункциональна. И надо понимать, что только совместные шаги Отца и Матери, шаги верные, терпеливые и любящие, ведут нас к Истинному и Стабильному, Разумному и Духовному…
Сергей МАТУСЕВИЧ, врач-психотерапевт Барановичского роддома
