Станция скорой и неотложной медицинской помощи в Барановичах поменяла свой адрес в конце июля. Сейчас здесь работает более 270 сотрудников. Автомобилей для выезда к пациентам – 19.
– Здание уютное, теплое, из окон не дует. Что тут говорить? Новое есть новое, оно и комфортное, и просторное, – отмечает заведующий станцией Василий Бацкалевич.
8 февраля в гости к медикам неотложки пришли корреспонденты «НК». Поговорили мы с несколькими работниками скорой об их работе, и те рассказали запоминающиеся истории из своей практики.
– Не все знают, чем мы занимаемся. Мы оказываем неотложную помощь, но не корректируем лечение, не назначаем никаких препаратов, – объясняет Василий Васильевич. – Зимой вызовов всегда больше — это устоявшаяся тенденция. В зимнее время бывает до 220 выездов в сутки, летом – по 120. В прошлом году их количество по итогу сократилось почти на 2,5 тысячи, несмотря на ковид: в 2019 году – 57 713, в 2020-м – 55 334.
По словам Василия Бацкалевича, количество пневмоний по линии скорой в прошлом месяце значительно снизилось – сразу в два раза:
– Мы заметили, что, когда больше жалоб на повышение температуры тела, меньше пациентов обращаются по поводу повышения артериального давления, и наоборот. Больше пневмоний – меньше вызовов к больным, у которых проблемы с системой кровообращения.
40 лет предана профессии Нина Войтик, врач бригады интенсивной терапии (БИТ – так называют ее медики).
– Как-то раз торопились мы на преждевременные роды. Два часа ночи, такая тревожность внутри (роды приходится принимать крайне редко, мы ведь не специалисты в этой области). Приехали, а по данному адресу беременных нет, соответственно, никто и не рожает… Столько нервов, а вызов в итоге безрезультатный, – рассказала Нина Николаевна. – Всегда неприятный осадок на душе, когда вызов экстренный к молодому человеку, например, или какая-то авария на железной дороге. Готовишь себя ко всему.
Фельдшер выездной бригады Галина Окулик мечтала о работе на скорой. До этого была медсестрой в реанимации военного госпиталя. Насмотрелась всего.
– Самое непредсказуемое в работе то, что не знаешь, что тебя ждет. Особенно когда едешь на вызов по ДТП, каким-то травмам. Очень тяжело, когда приходится констатировать детскую смерть. Хорошо, что нечасто, – замечает Галина Окулик. – Было такое, что мы приехали к не совсем благополучной семье, в которой родители выпивали. Было у них трое детей, и самый маленький умер прямо в кроватке, не уследили…
А страшно ли работать врачом скорой?
– Если страшно, нечего работать. Волнительно тогда, когда ты неопытный, а когда год за годом совершенствуешься в работе, ты спокоен, едешь и знаешь, что от тебя многое зависит, ты должен установить диагноз и принять правильные меры. Конечно, бывает такое, что впервые за твою практику случается утопление, электротравма, ты в некотором замешательстве, но второй раз уже проще, – говорит Александр Трофимов, заместитель заведующего ССНМП. – Важно, если требуется провести, например, реанимационные действия, чтобы бригада работала слаженно, синхронно.
Что иногда просят или даже требуют пациенты – это достойно отдельной книги. «Мне давали три укола в прошлый раз, надо чтоб и в этот тоже», «со мной сидела бригада два часа, и вы сидите», или спустя три часа после смерти отца сын говорит «реанимируйте моего папу, иначе я за себя не отвечаю».
– Порой рад бы помочь, но уже нечем, – говорит Валерий Хоменко, с которым мы отправились на вызов на улицу Парковую: 70-летней жене вызвал скорую супруг.
У женщины – жалобы на рвоту, головокружение, повышенный уровень сахара и давление, боль в груди.
Как корреспонденты «НК» поработали с реанимационной бригадой, что для сотрудников ССНМП их работа, а также самые шокирующие истории, которые случаются с бригадами на работе, расскажем на страницах «НК».
Ольга Шарапо
Фото Бориса Новограна